И зовите меня Гудвин

Через меня пропустили высоковольтный разряд, но очнулся я не в аду, а в незнакомой комнатушке с заставленным посудой сервантом, лакированным коробом лампового телевизора и ковром на стене. Лежу на паркетном полу, в лицо тычут автоматами, а посреди лужи крови замерло обезглавленное тело откровенно нечеловеческой наружности. Да я и сам…

Какого хрена?!