Мама-доктор - страница 1

Я, Елизавета Арсеньева, стояла перед зеркалом в служебной комнате клиники «МедЛайф» и пыталась придать своему отражению вид успешного педиатра, а не измученной безработицей девицы, которая три месяца ела одну гречку и считала каждую копейку. Белый халат, купленный в кредит, сидел как влитой, но глаза выдавали меня с потрохами — в них горел огонь такого отчаяния, что впору было вызывать пожарную.

— Елизавета Витальевна, — раздался за спиной голос главврача Петра Семёновича Кукушкина, мужчины, который выглядел так, будто проглотил не ложку, а целый сервиз столового серебра. — Надеюсь, вы понимаете уровень нашего заведения?

Я обернулась, изобразив на лице улыбку профессионала, хотя внутри меня металась мысль: «Понимаю, дядечка, тут один приём стоит как моя месячная зарплата в районной поликлинике». Но вслух сказала только:

— Разумеется, Пётр Семёнович. Я готова работать на самом высоком уровне.

Кукушкин поправил очки и окинул меня взглядом инспектора, оценивающего качество колбасы. Видимо, я прошла проверку на «съедобность», потому что он кивнул:

— Отлично. У нас особый контингент пациентов. Банкиры, бизнесмены, депутаты... Люди, которые привыкли, что их желания исполняются быстрее, чем они успевают их высказать. Здесь не место для экспериментов или излишней... творческой инициативы.

«А излишней человечности тоже, видимо, не место?» — подумала я, но кивнула понимающе.

— Запомните главное правило, — Кукушкин подошёл ближе и понизил голос до почти театрального шёпота. — Клиент всегда прав. Даже если он утверждает, что у его ребёнка растут рога, вы киваете и назначаете анализы на «рогатость». Один промах с влиятельным пациентом — и вы можете искать работу в ветеринарной клинике. Там тоже лечат, но платят в разы меньше.

Я глотнула. Моё горло вдруг стало сухим, как в Сахаре во время песчаной бури.

— А что делать, если диагноз очевиден, а родители требуют дополнительных обследований?

— Назначать дополнительные обследования, — ответил Кукушкин так, будто объяснял двухлетнему ребёнку, почему нельзя совать пальцы в розетку. — Чем больше процедур — тем больше прибыль. Чем больше прибыль — тем стабильнее ваша зарплата. Элементарная математика, доктор Арсеньева.

Я почувствовала, как внутри меня что-то скрипнуло. Наверное, совесть пыталась подать голос, но я быстро её заткнула. Совесть — роскошь, которую я не могла себе позволить. У мамы дома закончились лекарства от давления, за квартиру не плачено уже два месяца, а в холодильнике живёт одинокий огурец, который смотрит на меня с немым укором.