Одержимый. Тамерлан - страница 1

Тамерлан Арсаев привык получать всё, чего хочет.

А теперь он хочет Арину.

Слишком сильно. Ему уже мало видеть её. Мало касаться. Мало знать, где она и с кем. Он хочет быть единственным мужчиной, на которого она смотрит, о котором думает, которого подпускает к себе.

И если ради этого придётся испоганить ей работу, отношения, планы и спокойную жизнь, Тамерлан это сделает.

Потому что Арина ещё не поняла главного. Он не собирается её добиваться. Он собирается сделать так, чтобы без него у нее не осталось даже самой себя.

Тамерлан приехал в клуб злой настолько, что охранник у входа молча распахнул перед ним дверь и даже не полез с привычным приветствием. Правильно сделал. Сегодня Арсаеву хотелось не разговаривать, а бить. Желательно долго, сильно и до того момента, пока внутри наконец не станет тихо. Телефон уже третий раз завибрировал в кармане, но Тамерлан даже не посмотрел, кто звонит. Он и так знал. Отец. Мать. Кто-нибудь из родственников, которым внезапно понадобилось напомнить ему о семейном ужине в субботу, о людях, которых нельзя заставлять ждать, и о девушке, на которой он рано или поздно всё равно должен жениться. Тамерлан вытащил телефон, отключил его и сунул обратно в карман. Сегодня он никому ничего не должен.

В раздевалке несло потом и кровью. Амир уже ждал его возле шкафчиков, прислонившись плечом к стене, и при виде хозяина клуба только хмыкнул. Он слишком давно работал с Тамерланом, чтобы задавать глупые вопросы. Если Арсаев приехал сюда в костюме за полночь, снял часы ещё на ходу и швырнул их ему в ладонь, значит, кому-то сейчас не повезёт. Через десять минут Тамерлан уже затягивал бинты на кистях. Плечи распирало от напряжения, мышцы ныли, хотя он ещё даже не вышел в клетку. Ему нужен был удар. Потом второй. Чужая кровь, собственная боль, рев толпы. Всё что угодно, лишь бы выбить из головы чужие планы на его жизнь.

— С кем?

Амир пожал плечами и кивнул в сторону двери.

— Громов сегодня здесь. Сам вызвался.

Тамерлан усмехнулся. Громов был здоровым ублюдком килограммов на десять тяжелее него и бил так, будто пытался вколотить человека в бетон. Отлично. Именно то, что надо.

— Выпускай.

Через несколько минут зал ревел. Тамерлан почти не слышал людей за сеткой, хотя видел их рты, поднятые руки, перекошенные азартом лица. Первый удар Громова пришёлся в скулу. В голове вспыхнуло белым, во рту появился вкус крови, и Тамерлан рассмеялся. Вот теперь хорошо. Он ответил в корпус, ушёл от следующего удара, поймал противника на движении и вложился в челюсть так, что тот качнулся. Ему не нужны были очки, красивые комбинации и мнение зрителей. Он пришёл сюда выжечь из себя ярость. Поэтому бил до тех пор, пока Громов не рухнул на колено, а судья не вклинился между ними. Даже после остановки Тамерлан ещё несколько секунд тяжело дышал, сжимая кулаки и глядя на лежащего соперника, будто решал, хватит ему или нет.