Невольница князя - страница 4

– К нам потом заглядывай – не обидим.

– Ещё золота получишь.

И, взявшись за дверные кольца, стражник потянули на себя тяжёлые створки.

Забава рыбкой скользнула внутрь, только бы скрыться от блестящих похотью взглядов, и чуть не запнулась на пороге.

Под новый взрыв хохота лязгнула дверь.

Наступила тишина. А с ней и сумрак.

Забава тихонько охнула.

А покои-то пустые! Только свеча теплилась на широком дубовом столе да ветерок лениво шевелил занавески, что белой паутиной раскинулись над кроватью.

Против воли пальцы крепче стиснули поднос.

И что ей делать?

Назад повернуть, требовать, чтобы выпустили? Нет, наверное, стоит дождаться хозяина. Знахарка велела прежде всего дать вино. Из рук в руки.

Но как же глупо стоять с подносом посреди пустой горницы!

Забава ткнулась к кровати, потом к окну, и вновь остановилась.

– Не устала ещё кубок таскать? – грохнуло сбоку.

– Боги!

Взвизгнула, шарахаясь в сторону.

А из тени, закрывшей угол с бадьей, вышел сам князь…

– Угадала почти, – ухмыльнулся мимолетом.

От страха у нее ноги отнялись. Никогда прежде Забава не видела Властимира.

Слышала только о том, что горяч князь да дюже свиреп. Крепкой рукой наводил порядки в своих владениях, без пощады истреблял врагов. Потому как в груди у него кусок льда вместо сердца.

Даже могучая стать лучшего из воинов не завлекала внимание. Хоть в иное время она бы залюбовалась и широким разворотом плеч, и мужественным, будто высеченным из камня, лицом. А уж двигался Властимир легче хищного зверя – полные ловкости и силы движения завораживали сильнее, чем танец огня.

Но сейчас взгляд так и лип к полу. Хотелось обратиться мышкой да шмыгнуть меж половиц в самый глубокий подпол.

Забава тяжело сглотнула.

– В-великий княже, – шепнула, едва ворочая языком. – В-вина вот… испейте. Ох…

Заметила на подносе безобразную лужу. Пролила все ж таки!

А князь неторопливо двинулся к ней. В простой одежде, без меховой мантии и золотого венца, он мог бы сойти за отдыхавшего стражника. Но этот взгляд… Ей хватило мгновения, чтобы больше не желать поднять голову.

Так и стояла, лишь украдкой наблюдая, как мужчина обходит ее по кругу.

Под мягкой подошвой сапог не скрипнула ни одна досочка. Только ткань едва шелестела, и от этого тихого звука крохотные волосики на шее и руках становились дыбом.

Но Забава дохнуть не смела, пока мужчина оглядывал ее со всех боков.

Рассмотрел и лицо, и тело. А ещё косы… Ее богатство и проклятье. Даже рукою задел.

– Испить, говоришь… – повторил будто в раздумьях.

И хлёстким движением выбил из рук поднос.