Варвар. Его невинный трофей - страница 1

Я вернулась домой в половине одиннадцатого вечера, полностью вымотанная. Двенадцатичасовая смена в больнице выжала все соки — три операции подряд, бесконечные обходы, крики пациентов в послеоперационной, запах крови и хлорки, который въелся в кожу даже через три пары перчаток. Последнюю операцию — аппендэктомию у ребенка — мы едва довели до конца. Перитонит, осложнения, кровотечение. Хирург орал на медсестер, я подавала инструменты дрожащими руками, молясь, чтобы мальчик выжил.

Выжил. Пока.

Обычный четверг для студентки-практикантки пятого курса Первого медицинского. Обычный ад.

Ноги гудели так, что я с трудом поднялась по лестнице на четвертый этаж — лифт в нашей хрущевке не работал уже полгода. Жильцы скидывались на ремонт, но денег вечно не хватало. Как и на все остальное.

Я достала ключи из кармана потертой куртки — единственной теплой вещи, которая у меня была. Зарплату за практику еще не выдали, стипендия смешная, мама... мама все спускала на дозу.

Ключ провернулся в замке со знакомым скрипом. Я толкнула дверь и замерла на пороге.

Квартира была разгромлена.

Перевернутый столик в прихожей валялся на боку, одна ножка отломана. Ваза — та самая, что мне подарила бабушка перед смертью, единственная память о ней — лежала осколками. Керамика, расписанная вручную, теперь просто мусор. Зеркало на стене треснуто паутиной трещин. Куртки сорваны с вешалки, валяются на полу. Обувь раскидана.

Из гостиной доносились мужские голоса — низкие, спокойные, пугающе спокойные. И еще что-то. Пронзительные женские крики.

Мама.

Сердце бешено заколотилось, выбивая дробь где-то в горле. Адреналин ударил в кровь, разгоняя усталость за секунду. Руки задрожали. Ноги подкосились, но я заставила себя двигаться.

Я бросилась в гостиную, не думая, не осторожничая.

Картина, которую я увидела, выбила весь воздух из легких.

Мать сидела на полу у дивана, прижавшись спиной к стене. Ноги подобраны, руки обхватили колени, она раскачивалась вперед-назад, как маятник. Лицо опухшее, покрытое красными пятнами — плакала давно, много, истерично. Глаза безумные, красные, зрачки расширены. Накурена или уколота — не важно. Халат грязный, в пятнах непонятного происхождения, один рукав порван. Волосы — когда-то красивые, густые, русые — теперь седые, сальные, растрепанные, торчат в разные стороны. На руках, на венах сгибов локтей — свежие следы. Синяки, проколы, кровоподтеки, воспаленные шишки от неудачных попаданий.

Она опять кололась. Снова. Опять.