Бородатый регламент - страница 1

Аня

Сунув руку в ящик стола, нащупываю там запасную канцелярскую скрепку. Моя собственная, которой был заколот пучок, исчезла примерно полчаса назад – кажется, я отдала ее курьеру, чтобы он починил свой сломанный бейдж. Или нет. В общем, где-то там.

Пучок держится на честном слове и остатках моей профессиональной репутации. И, честно говоря, оба этих ресурса сейчас выглядят примерно одинаково: шатко, но с характером. Сегодня на мне любимые джинсы с выцветшими коленями и мягкая серая кофта с длинными рукавами, которые я по привычке закатываю. Это идеальный образ для человека, собирающегося спасать мир от бюрократического идиотизма, не вставая из-за стола.

Я вообще здесь не так давно. Полгода максимум. Иногда мне до сих пор кажется, что я просто зашла «посмотреть» и почему-то осталась. До этого была другая компания. Поменьше, поспокойнее и, если честно, гораздо менее живая. Я там почти не спорила. Почти не бесилась. Почти не была собой. А сюда меня затащил Коля – лучший друг и бывший одногруппник, который внезапно оказался в этом корпоративном муравейнике и решил, что мне здесь «понравится». Спойлер: он не уточнил, что «понравится» – это в его понимании «будешь воевать с регламентами и получать удовольствие». Но, в общем… он не совсем ошибся.

– Воронцова, вы меня слышите?

Голос звучит так, будто его обладатель только что проглотил наждачку и теперь пытается говорить сквозь нее.

Поджав губы, поднимаю голову.

Руслан Ульянов стоит в трех метрах от моего стола, и его костюм, темно-синий, безупречный, с иголочки, кажется издевательством над моими джинсами. Черные волосы уложены, борода подстрижена так ровно, что можно линейкой проверять. Карие глаза смотрят на меня так, будто я – ошибка в системе, которую он сейчас выследит и исправит. А ведь он правда может это сделать.

– Слышу, – киваю, откидываясь на спинку стула. – Вы спрашивали, почему я не сдала отчет по форме 7-Б. А я вам отвечаю: форма 7-Б устарела морально. Это как требовать от человека использовать факс в эпоху мессенджеров.

– Отчет, – повторяет он. Чеканно. Как приказ.

– Я переделала его в визуальную схему. Так понятнее. Хотите, покажу?

Руслан Дмитриевич молчит. Смотрит на мои джинсы, потом на мои каштановые волосы, которые уже начинают выбиваться из пучка и лезть в глаза, потом на стол, где у меня вперемешку лежат стикеры с заметками, половинка бутерброда в прозрачном контейнере и распечатка нового договора, которую я всю исчиркала красным маркером.

Я буквально чувствую, как он сканирует пространство вокруг меня: оценивает, систематизирует, мысленно расставляет все по полочкам. И, кажется, приходит к выводу, что проще снести здание, чем навести тут порядок.